2026

Между строгим дизайном и живой практикой: как менялась оценка сервиса психологической поддержки родителей

Редакция

Красноярский центр лечебной педагогики более двадцати лет сопровождает семьи с детьми раннего возраста с особенностями развития. В проекте «Ранняя помощь: семья в ресурсе» Центр расширил базовую программу ранней помощи за счёт сервиса психологической поддержки родителей. В него вошли индивидуальные консультации, программа «Мама в ресурсе», семейный клуб, детско-родительские группы и другие форматы.

Оценка сервиса должна была ответить на несколько связанных вопросов: какие изменения возникают у родителей, как они связаны с функционированием семьи и развитием ребёнка, за счёт каких механизмов происходят и при каких условиях психологическая поддержка создаёт дополнительную ценность.

Исходный дизайн был достаточно строгим. Он предусматривал Теорию изменений, несколько групп сравнения, входные и повторные измерения, стандартизированные шкалы, мониторинг участия, данные о развитии ребёнка, наблюдения специалистов и качественные методы. Предполагалось, что в сервис регулярно войдут около 70 родителей, а внешняя группа сравнения из других центров ранней помощи будет значительно больше. Это позволяло рассчитывать на статистическое сопоставление динамики групп.

В исходном дизайне были предусмотрены четыре группы. Первая включала семьи, получающие стандартный пакет ранней помощи в КЦЛП. Вторая — семьи, которые вместе с ранней помощью пользовались дополнительным сервисом психологической поддержки. Третья должна была объединить родителей, участвующих в отдельных форматах психологической поддержки без полного пакета СРП. Четвёртой стала внешняя группа сравнения — семьи из других служб ранней помощи.

Такое построение позволяло сопоставлять разные комбинации помощи и проверять, возникает ли у семей, включённых в дополнительную психологическую поддержку, более выраженная динамика. Планировались регулярные срезы: входная оценка, измерения через три и шесть месяцев и финальный замер через двенадцать месяцев. Сравнивать предполагалось изменения в состоянии и самоэффективности родителей, участие в сервисе и динамику функциональных навыков ребёнка.

В ходе реализации стало ясно, что границы групп сложнее, чем предполагалось. Психологическая поддержка частично присутствует и в стандартной ранней помощи, а семьи используют разные сочетания активностей. Дополнительный нюанс связан с внешней группой: содержание и интенсивность стандартного пакета СРП могут различаться между центрами. При этом входное анкетирование показало, что родители КЦЛП и других служб по большинству измеряемых исходных характеристик практически сопоставимы. Это поддерживает возможность дальнейшего сравнения динамики, хотя контекст реализации помощи потребуется учитывать при интерпретации результатов. Во входном опросе участвовали 22 родителя КЦЛП и 120 родителей из шести других центров.

Для оценки заранее была сформулирована рамка доказательности, объединяющая несколько типов критериев. Статистическая часть предусматривала сравнение изменений между группами от входного до финального замера, расчёт 95-процентных доверительных интервалов и размера эффекта. В качестве рабочего ориентира был задан размер эффекта от 0,3 по первичным индикаторам. Также планировалось сравнивать доли родителей с заметным улучшением по основным шкалам.

Конкретные числовые пороги на старте выполняли роль рабочих ориентиров. Собственных данных, позволяющих эмпирически обосновать именно эти значения, ещё не было, поэтому рамка предполагала их последующее уточнение.

Статистические критерии дополнялись критериями практической значимости. В центре внимания находилось то, насколько изменения заметны самим родителям и специалистам и проявляются ли они в повседневной жизни семьи. Среди ориентиров были доля родителей, сообщающих об улучшениях, положительная оценка сервиса специалистами и подтверждение изменений в семейном функционировании. Учитывалась также интенсивность участия: количество посещений, сочетание форматов и регулярность контакта с сервисом.

Отдельную часть рамки составляла триангуляция данных. Предполагалось сопоставлять стандартизированные шкалы, самоотчёты родителей, наблюдения специалистов, качественные интервью, данные об участии и результаты оценки ребёнка. Совпадение сигналов из нескольких источников должно было повышать уверенность в выводе, а расхождения — становиться предметом дополнительного анализа.

Рамка включала этические условия: добровольность участия, информированное согласие, конфиденциальность и право семьи отказаться от участия в оценочных процедурах. При сборе данных учитывалась нагрузка на родителей и специалистов. Поэтому полнота доказательств каждый раз соотносилась с возможностями живой практики.

Малая численность регулярно участвующих родителей стала главным ограничением статистической части. Даже при реальных изменениях различия между группами могут оказаться недостаточно отчётливыми для уверенного статистического обнаружения. По этой причине практическая значимость, индивидуальная динамика и качественные подтверждения приобрели в анализе больший вес.

Измерительная рамка была построена вокруг нескольких областей результатов: эмоциональное состояние родителей, самоэффективность и компетентность, детско-родительские отношения, социальная поддержка, развитие ребёнка и функционирование семьи в естественных жизненных ситуациях. Для каждой области были определены индикаторы и источники данных.

Для входных и последующих количественных замеров был сформирован сводный опросник на основе трёх русскоязычных стандартизированных методик:

  • шкалы родительского стресса в адаптации А. А. Бочавер, Д. Р. Ахмеджановой, Р. М. Байрамян и К. Н. Поливановой;
  • опросника благополучия PERMA-Profiler в адаптации О. М. Исаевой, А. Ю. Акимовой и Е. Н. Волковой;
  • опросника родительского рефлексивного функционирования в адаптации О. А. Камской, М. А. Одинцовой, Н. П. Радчиковой и Е. В. Гуровой.

Опросник позволял отслеживать родительский стресс и удовлетворённость родительством, уверенность, предрефлексию, интерес к внутреннему миру ребёнка, позитивные и негативные эмоции, вовлечённость, отношения, смысл, достижения, общий уровень благополучия, здоровье и одиночество.

Стандартизированные измерения дополнялись проектными инструментами. Использовалась анкета родителей о потребностях в поддержке, опыте участия, барьерах и первых изменениях, а также отдельные анкеты обратной связи по активностям. Для изучения опыта семей проводились глубинные интервью, рабочие обсуждения, голосовые микроистории и опрос специалистов. Качественные методы были нужны для понимания механизмов: что именно помогает родителю почувствовать себя спокойнее и увереннее, как возникает доверие, какие практики переносятся домой и что препятствует участию. Наблюдения специалистов использовались для фиксации изменений в качестве контакта, вовлечённости родителя, поддержке инициативы ребёнка и применении новых способов взаимодействия.

Динамика ребёнка отслеживалась с помощью KID/RCDI, уже применявшихся Центром в текущей работе. Эти данные охватывали когнитивное развитие, движения, язык, самообслуживание и социальные навыки. Их включение в оценочную систему позволяло сопоставлять изменения у родителей с динамикой функциональных навыков ребёнка.

В мониторинговой базе объединялись исходные характеристики семьи, результаты опросников, сведения об участии в разных форматах, количество и частота посещений, результаты KID/RCDI, наблюдения специалистов и обратная связь родителей. Таким образом можно было прослеживать маршрут семьи во времени и соотносить полученную поддержку с наблюдаемыми изменениями.

Первые данные: ресурсность и готовность к поддержке

Во входном опросе приняли участие 142 родителя: 22 семьи КЦЛП и 120 семей из других центров ранней помощи. По большинству исходных характеристик группы оказались сопоставимы. Уровень родительского стресса в обеих группах был средним, удовлетворённость родительством — высокой, показатели благополучия по PERMA преимущественно находились выше среднего. Статистически значимых различий между группами обнаружено не было. Это поддержало возможность дальнейшего сравнения, хотя специалисты обратили внимание, что содержание стандартного пакета ранней помощи может различаться между центрами.

Внутри группы КЦЛП проявилась более сложная картина. Родители достаточно высоко оценивали свою самоэффективность, компетентность и семейную поддержку, при этом негативные эмоции у них встречались чаще позитивных. Запрос на психологическую помощь был выражен неодинаково.

Первые взаимосвязи позволили сформулировать рабочую гипотезу: готовность обращаться за психологической поддержкой может зависеть от исходной ресурсности семьи. Чем больше людей помогают родителю с ребёнком, тем выше запрос на поддержку. Возможное объяснение состоит в том, что наличие помощи создаёт время и организационную возможность воспользоваться сервисом. Родители младших детей чаще выражали потребность в помощи специалистов и общении с другими родителями.

Эта гипотеза изменила исходное предположение о целевой группе сервиса. Ожидалось, что в психологическую поддержку в первую очередь будут включаться наиболее нуждающиеся родители. Первые данные показали, что чаще входят семьи, уже располагающие доверием к Центру, мотивацией и некоторым эмоциональным или организационным ресурсом. Нуждаемость и готовность принять помощь оказались разными характеристиками.

Когда психологическая поддержка оказывается шире отдельного сервиса

Промежуточная оценка включала анкетирование родителей, голосовые истории, глубинные интервью и опрос специалистов. К этому моменту выяснилось, что регулярно в сервисе участвуют около 20 родителей. Они распределяются между разными форматами, поэтому анализ отдельных активностей и интенсивности участия оказался значительно сложнее, чем предполагалось.

Одновременно стало яснее, почему отдельная группа психологической поддержки пользуется ограниченным спросом. Родители получают поддержку во многих точках взаимодействия с Центром: во время занятий и консультаций, в семейном клубе, через наблюдение за работой специалистов, общение с другими родителями, чаепития и переписку в чатах.

Для семьи это часто единый опыт сопровождения. Родители могут не отделять специально обозначенный психологический сервис от всей работы Центра. Поддержка распределена между формальными и неформальными форматами, а её эффект может складываться постепенно.

Это уточняет предмет оценки. Анализ посещаемости отдельных психологических активностей даёт лишь часть картины. Требуется прослеживать весь маршрут семьи: где возникает доверие, какой контакт помогает сформулировать запрос, как родитель получает эмоциональную опору, где наблюдает новые способы взаимодействия с ребёнком и каким образом переносит их в домашнюю жизнь.

Доступ к поддержке как системный вопрос

Наблюдение о ресурсности родителей можно представить в виде самоусиливающейся динамики. Родителю, располагающему временем, помощью близких и доверием к специалистам, проще получить первый полезный опыт. Этот опыт повышает готовность обращаться за поддержкой, расширяет участие и помогает накапливать уверенность и ресурс.

На промежуточном этапе к Теории изменений был добавлен элемент системного анализа. Линейная модель хорошо показывала предполагаемую последовательность «поддержка — изменения у родителей — изменения в семье и у ребёнка». При этом она хуже отражала процессы, которые накапливаются и воспроизводят себя во времени.

Для анализа таких процессов были использованы причинно-следственные петли обратной связи. Они позволили представить участие в сервисе как динамику, в которой результат одного этапа меняет вероятность следующего. Первый полезный контакт может укреплять доверие к Центру, повышать готовность обращаться за помощью и расширять участие. Новое участие, в свою очередь, даёт родителю дополнительную поддержку, знания, связи и уверенность. Так формируется усиливающая петля накопления ресурса.

Особое внимание было уделено противоположной траектории. Высокая перегрузка, истощение, недостаток времени и сложность организации участия снижают вероятность первого контакта с поддержкой. У семьи оказывается меньше опыта пользы, меньше возможностей укрепить доверие и восстановить ресурс. В дальнейшем войти в сервис становится ещё сложнее. Такая петля помогает увидеть, как невключение может закрепляться и усиливаться во времени.

Системная визуализация придала гипотезе управленческий смысл. Вопрос стал касаться устройства доступа к поддержке и равенства возможностей между семьями с разным исходным ресурсом. Формальная открытость сервиса для всех семей ещё не означает, что у всех есть одинаковая реальная возможность им воспользоваться.

Из этой логики возникает вопрос для Центра: входит ли в его задачи целенаправленно «дотягиваться» до родителей, которые сами не формулируют запрос или не могут организовать участие? При положительном ответе требуется определить точки изменения системы: снижать порог входа, предлагать поддержку через знакомого специалиста, встраивать её в регулярно посещаемые форматы или создавать отдельные маршруты для наиболее перегруженных семей.

Петля обратной связи в данном случае не рассматривается как доказанная модель функционирования сервиса. Это системная гипотеза, которая задаёт направления дальнейшей проверки: какие первые контакты запускают последующее участие, в какой момент семья выпадает из маршрута, что помогает ей вернуться и какие способы организации поддержки уменьшают различия в доступе.

Для перегруженной или истощённой семьи может складываться другая траектория. Родителю сложнее организовать участие и сформулировать запрос, поэтому он получает меньше поддерживающего опыта. Исходный барьер сохраняется, а иногда усиливается.

Так возникает управленческий вопрос, связанный с равенством возможностей: считает ли организация своей задачей целенаправленно вовлекать семьи, которым особенно трудно самостоятельно войти в поддержку? От ответа зависят возможные решения — низкопороговые форматы, предложение помощи через уже знакомого специалиста, встраивание психологической поддержки в регулярные занятия или отдельный маршрут для наиболее перегруженных родителей.

Системная визуализация здесь полезна тем, что показывает динамику во времени. Она помогает увидеть, как одинаковый формально доступный сервис создаёт разные реальные возможности для семей с различным исходным ресурсом.

От отдельных наблюдений к проверяемым гипотезам

После первой промежуточной оценки уже появились рабочие гипотезы, ранние сигналы изменений и наблюдения о механизмах и барьерах участия. При этом каждый вывод опирался на небольшое число случаев и ограниченный набор источников.

Работа с гипотезами стала способом соединить исходную Теорию изменений, системные петли и постепенно поступающие данные. Общие предположения раскладывались на наблюдаемые звенья: исходный ресурс семьи, наличие запроса, первый контакт, опыт пользы, доверие, повторное участие и перенос поддержки в повседневную жизнь. Затем для каждого звена определялось, какие данные уже есть, в каких источниках сигнал повторяется и что потребуется проверить дальше. Таким образом системная схема задавала возможную динамику, а аналитическая таблица переводила её в набор конкретных проверяемых гипотез.

Следующей задачей стало «уплотнение» сигналов. Оценочная команда фиксировала отдельное наблюдение, уточняла его контекст и источники, искала повторения в разных данных, формулировала возможное объяснение и определяла следующий шаг проверки.

Например, сигнал о низком участии в групповых форматах возник в анкетах, интервью и ответах специалистов. В разных источниках повторялись сходные барьеры: нехватка времени, логистические трудности, отсутствие возможности оставить ребёнка, эмоциональная неготовность и недостаточное доверие к формату. На этой основе появилась гипотеза о высоком пороге входа и возможной роли первого полезного контакта в дальнейшем маршруте семьи.

Такие связки между сигналами, источниками, пробелами и следующими шагами фиксируются в аналитической таблице. Она позволяет постепенно переводить предварительные наблюдения в гипотезы, которые можно проверять на следующем этапе оценки.

Что уже даёт оценка

Даже при ограниченной численности участников оценка уже создаёт несколько видов практической пользы.

Во-первых, она позволяет увидеть сервис в целом. Специалисты ежедневно работают с конкретными семьями и регулярно обсуждают их внутри команды. Внешняя оценка собирает данные по разным семьям, форматам и временным точкам и помогает увидеть повторяющиеся закономерности на уровне всей практики.

Во-вторых, анкеты, интервью, мониторинговые данные, результаты оценки развития ребёнка, наблюдения специалистов и обратная связь родителей оказываются собраны в общей системе. Это само по себе становится организационным ресурсом: данные можно сопоставлять между собой и прослеживать во времени.

В-третьих, оценка создаёт площадку для совместного осмысления. Специалисты Центра и внешняя команда обсуждают более устойчивые и пока слабые сигналы, возможные объяснения, рабочие гипотезы и вопросы для дальнейшей проверки.

Наконец, внешняя позиция обеспечивает дополнительную валидацию сервиса. Профессиональные наблюдения специалистов сопоставляются с рассказами родителей, данными об участии и другими источниками. Это помогает различать выводы, уже имеющие несколько оснований, и гипотезы, которые ещё требуют проверки.

Ограничения при этом сохраняются. Данные накапливаются медленно и растянуты во времени, а многие наблюдения уже знакомы специалистам из ежедневной практики. На текущем этапе оценка особенно полезна для формирования целостной картины, систематизации данных, совместной рефлексии и уточнения гипотез. Более уверенные управленческие решения потребуют следующих замеров и дальнейшего накопления доказательств.

Видео

В Ульяновске прошла экспертно-практическая сессия по оценке творческих проектов

Редакция

30–31 июля в Ульяновске состоялась двухдневная экспертно-практическая сессия «Ульяновск. Формула влияния. Социокультурные и ценностные эффекты творческих проектов», в которой приняли участие более 70 специалистов (видео). Представители органов власти, грантодающих организаций, учреждений культуры, творческих команд и экспертного сообщества обсуждали, как планировать, оценивать и представлять общественно значимые результаты культурных инициатив.

Сессия была направлена на развитие региональной системы оценки творческих и социокультурных проектов и формирование профессионального сообщества специалистов, готовых применять оценочные инструменты в своей работе. В программу вошли экспертные дискуссии, разборы практических кейсов, групповые задания, тренинг по логическим моделям и творческая лаборатория по представлению результатов проектов.

Кому и для чего нужна оценка

Работа началась с панельной дискуссии «Кому, для чего и какая нужна оценка творческих проектов?». В дискуссии приняли участие министр культуры Ульяновской области Евгения Сидорова, первый заместитель генерального директора Президентского фонда культурных инициатив Игорь Соболев, директор Ульяновского областного художественного музея Анна Карвалейру, предприниматель и бизнес-психолог Елена Ежова, советник губернатора Ульяновской области по вопросам развития бизнеса Елена Владимировна Гусева. Модератором выступила Наталья Сергиевская, генеральный директор Фонда исследовательских, культурных и просветительских проектов «Будущее время».

Главной темой разговора стали запросы разных участников культурного процесса. Организаторам проектов оценка помогает понимать, достигаются ли запланированные результаты и какие изменения происходят с аудиторией. Финансирующим организациям она дает основания для анализа общественной значимости поддержанных инициатив. Региональным органам власти и учреждениям культуры данные оценки помогают видеть вклад отдельных проектов в развитие территорий и культурной среды.

Отдельное выступление Игоря Соболева было посвящено формированию и оценке ценностного профиля проектов на разных стадиях их жизненного цикла, а также соотношению внутренней и внешней оценки инициатив, реализованных при грантовой поддержке Президентского фонда культурных инициатив.

По итогам панельной дискуссии участники ответили на вопросы о практической ценности оценки и условиях её дальнейшего развития. В опросе приняли участие 22 человека.

Самой востребованной задачей оценки стало понимание долгосрочного влияния проектов на города и территории. Этот вариант выбрали 10 респондентов. Для семи участников особенно важно лучше понимать свою аудиторию и изменения, происходящие с людьми и сообществами. Три человека рассматривают оценку прежде всего как инструмент управления проектом: она помогает отслеживать прогресс, корректировать работу и принимать решения. Ещё два участника связывают её с возможностью яснее показать ценность проекта органам власти и грантодателям.

Главным условием развития экосистемы оценки участники назвали партнёрства и сетевое взаимодействие между творческими командами, вузами, фондами и регионами — этот вариант отметили 16 человек. Также востребованы обучение и методическое сопровождение команд — 10 ответов — и реалистичные требования, обеспеченные необходимыми ресурсами, — 9 ответов. Пять участников указали на необходимость общего понятийного языка для команд, грантодателей, органов власти и исследователей.

Результаты опроса показывают, что участники связывают оценку прежде всего с пониманием более широких изменений, которые творческие проекты создают для людей и территорий. Для развития этой практики необходимы сотрудничество разных участников, доступная методическая поддержка и требования, соразмерные возможностям проектных команд.

Опыт проекта ЯККИ и практические кейсы

Исполнительный директор АНО «Эволюция и Филантропия» Ольга Евдокимова представила проект «Яркие краски креативных индустрий: палитра влияния». Проект развивает практические подходы к оценке социокультурного и ценностного влияния инициатив в сфере культуры, искусства и креативных индустрий, объединяет творческие команды, экспертов, грантодателей и региональных партнеров.

Участники сессии познакомились с опытом оценки конкретных проектов. Наталья Сергиевская представила кейс Чеховского книжного фестиваля. Сергей Пархоменко, генеральный директор пиар-агентства «Идеи и решения», рассказал об оценке Межрегионального музыкально-образовательного форума «Панорама современной музыки Сибири» и Фестиваля духовых оркестров «Тихоокеанские марши». Президент Ассоциации специалистов по оценке программ и политик Антонина Попова представила кейс проекта «Серебро Амура».

Разборы показали, что оценочный дизайн зависит от задач проекта, его формата, аудитории, продолжительности и условий реализации. Для фестиваля, выставки, образовательной программы или межрегионального форума могут потребоваться разные способы сбора данных и разные показатели. При этом во всех случаях важно заранее определить ожидаемые изменения и понять, какие сведения позволят их зафиксировать.

Продолжением обсуждения стала групповая работа под руководством эксперта АНО «Эволюция и Филантропия» Александра Боровых. Участники обсуждали, какие подходы и инструменты могут войти в региональную практику оценки. Предложения групп стали содержательной основой проекта резолюции по развитию культуры оценки творческих проектов в Ульяновской области.

От результатов проекта — к показателям и данным

Значительная часть двухдневной программы была посвящена логическим моделям. На первой части тренинга, которую провела Ольга Евдокимова, участники определяли социокультурные и ценностные результаты проектов и разбирались, где в проектной логике заложены планируемые изменения.

Работа с логической моделью помогает связать деятельность команды с непосредственными результатами, изменениями у участников и более широкими эффектами. Такая последовательность позволяет увидеть, за счет каких элементов проекта предполагается достичь поставленной цели и какие предположения лежат в основе проектного замысла.

На второй день Александр Боровых продолжил работу с группами. Участники подбирали показатели и методы сбора данных, обсуждали источники информации и способы анализа результатов. Итогом этой части стали разработанные группами элементы оценочных моделей и их совместное обсуждение.

По итогам тренинга по разработке логических моделей проектов участники сессии поделились обратной связью. Опрос прошли 18 человек.

Большинство участников высоко оценили полезность тренинга: 15 респондентов поставили тренингу 4 или 5 баллов из пяти, в том числе 12 человек выбрали максимальную оценку — «очень полезно».

Самым полезным компонентом участники назвали обратную связь от тренера: положительно её оценили 15 человек. Практическую работу с кейсами и упражнениями, обмен опытом, а также предложенные инструменты и шаблоны сочли полезными по 14 участников.

После тренинга 12 человек планируют обязательно попробовать использовать логические модели в своей работе. Ещё трое готовы применять этот инструмент при наличии дополнительной поддержки.

Продолжить обучение по оценке творческих проектов хотели бы 15 участников.

В открытых ответах участники предлагали дополнить тренинг методическим пособием, увеличить количество инструментов, пошаговых примеров и более сложных кейсов. Несколько респондентов отметили сложность темы и необходимость яснее объяснять терминологию, причинно-следственные связи и порядок работы. Мнения о продолжительности тренинга различались: часть участников хотела бы получить больше времени на освоение материала, другие предложили быстрее переходить к практике.

Результаты опроса показывают высокий интерес творческих команд к логическим моделям и одновременно подтверждают востребованность дальнейшего методического сопровождения.

Как рассказывать о результатах

Вторая часть дня второго дня сессии была посвящена коммуникации результатов оценки. В творческой лаборатории под руководством Натальи Сергиевской участники анализировали запросы разных заинтересованных сторон и выбирали подходящие форматы представления информации.

Во время лаборатории «Отчет = продукт» участники определяли структуру и визуальный язык творческого отчета, разрабатывали его сценарий или макет, выбирали ключевые характеристики и форматы подачи материала. Каждый участник получил возможность создать основу собственного отчета для дальнейшего применения в работе.

Завершилась сессия представлением идей и прототипов, обсуждением проекта резолюции и формированием рекомендаций по развитию региональной культуры оценки творческих и социокультурных проектов.

Мероприятие прошло при поддержке Министерства культуры Ульяновской области и Ульяновского областного художественного музея, при методическом содействии команд проектов «Траектории культурного развития и ценностный код» и «Яркие краски креативных индустрий», поддержанных Президентским фондом культурных инициатив.

30–31 июля в Ульяновске состоится двухдневная экспертно-практическая сессия «Ульяновск. Формула влияния. Социокультурные и ценностные эффекты творческих проектов»

Редакция

Как понять, какие изменения возникают благодаря культурному проекту? Как связать его мероприятия, ценности и ожидаемые результаты? Какие данные собирать и как представить итоги проекта так, чтобы они были полезны команде, партнёрам, грантодателям и органам управления культурой?

В течение двух дней участники будут знакомиться с современными подходами к оценке социокультурного и ценностного влияния, разбирать реальные кейсы, осваивать логические модели и создавать прототипы собственных творческих отчётов.

Мероприятие пройдет в очном формате с организацией онлайн-трансляций отдельных блоков. Для участия необходима регистрация до 28 июля.

Узнать подробности о программе можно здесь.

Место проведения: Ульяновск, улица Ленина, 78, Креативное пространство «Квартал».

🔹 Первый день будет посвящён подходам, кейсам и инструментам оценки.

Программу откроет панельная дискуссия «Кому, для чего и какая нужна оценка творческих проектов?» с участием представителей органов управления культурой, грантодающих организаций, экспертного сообщества и команд творческих проектов.

Участники обсудят, какие задачи должна решать система оценки в регионе и какие подходы целесообразно включать в практику культурных организаций и креативных команд.

В программе дня:

▪️ презентация проекта «Яркие краски креативных индустрий — палитра влияния»;

▪️ разбор опыта оценки Чеховского книжного фестиваля, межрегионального музыкально-образовательного форума «Панорама современной музыки Сибири» и фестиваля духовых оркестров «Тихоокеанские марши»;

▪️ экспертная групповая работа по формированию предложений для развития региональной практики оценки;

▪️ тренинг «Логические модели для оценки и планирования социокультурных и ценностных эффектов».

Во время тренинга участники определят, какие изменения должен создавать проект, где в его замысле и деятельности заложены ценности и как связаны между собой мероприятия, непосредственные результаты и дальнейшие социокультурные эффекты.

🔹 Второй день будет полностью ориентирован на практическую работу.

Участники продолжат разработку логических моделей, подберут показатели и методы сбора данных, а затем перейдут к вопросам представления результатов.

В рамках творческой лаборатории «Как рассказывать о результатах» команды проанализируют запросы разных заинтересованных сторон и выберут подходящие форматы коммуникации.

На лаборатории «Отчёт = продукт» каждый участник сможет создать сценарий или макет собственного отчёта: определить его задачи, структуру, ключевые сообщения и визуальный язык.

Завершится сессия представлением прототипов и обсуждением проекта резолюции по развитию культуры и практики оценки творческих проектов в Ульяновской области.

Сессия будет полезна:

▪️ руководителям и сотрудникам учреждений культуры;

▪️ представителям креативных индустрий и независимых культурных проектов;

▪️ продюсерам, кураторам и проектным менеджерам;

▪️ преподавателям, исследователям и руководителям студенческих инициатив;

▪️ представителям грантодающих организаций и экспертного сообщества.

Сессию проводят при поддержке Министерства культуры Ульяновской области и Ульяновского областного художественного музея, при методическом содействии команд проектов «Траектории культурного развития и ценностный код» и «Яркие краски креативных индустрий», поддержанных Президентским фондом культурных инициатив.

Кейсы «Танцевальный сказ Сибирской земли» и «Книжный фестиваль на Енисее»

Редакция

3 марта 2026 года в рамках экспертно-практической сессии «Красноярск. Формула влияния. Социокультурные и ценностные эффекты творческих проектов» доктор культурологии, ректор Сибирского государственного института искусств имени Д. Хворостовского Владимир Лузан представил два кейса оценки творческих проектов, реализованных в Красноярском крае (презентация).

Оба проекта уже завершены, что позволило исследовательской команде сосредоточиться не только на непосредственных результатах, но и на более устойчивых изменениях, проявившихся спустя время. Именно такая перспектива, по словам Владимира Лузана, позволяет увидеть эффекты, которые невозможно зафиксировать сразу после окончания проекта. В работе использовался академический исследовательский подход, основанный на сочетании количественных и качественных методов, а также на тесном взаимодействии с командами проектов.

Первым кейсом стал Книжный фестиваль на Енисее — масштабное культурное событие, которое прошло в Красноярске и в ряде муниципальных образований края. На момент выступления исследователям удалось провести опрос более 300 участников фестиваля, а также серию глубинных интервью с организаторами и посетителями. Благодаря сотрудничеству с библиотечной сетью региона сбор данных проходил одновременно на нескольких территориях, что позволило получить более полную картину восприятия фестиваля и его влияния на аудиторию.

Вторым примером стал проект «Сказ сибирской земли» — образовательная и художественная постановка студенческого хореографического коллектива, посвящённая истории освоения Красноярска. Исследование этого кейса было построено иначе: внимание уделялось не только зрителям спектакля, но и самим участникам проекта, для которых работа над постановкой стала длительным образовательным процессом. Через мастер-классы, совместную работу с приглашённым хореографом и обращение к локальной истории проект помогал формировать интерес к народной культуре, чувство культурной идентичности и новое отношение к собственному творчеству.

Особенностью исследования стало то, что по инициативе исследовательской группы постановку было решено повторить спустя год после завершения проекта. Это позволило организовать дополнительный этап сбора данных: провести измерения до и после показа, сравнить восприятие разных групп зрителей и проследить, насколько устойчивыми оказались изменения у участников коллектива, часть которого к этому времени уже обновилась. Такой подход делает возможным изучение долговременного влияния творческого проекта.

Отдельное внимание Владимир Лузан уделил сотрудничеству исследователей и проектных команд. По его словам, организаторы обоих проектов были заинтересованы в независимой оценке и открыто предоставляли необходимые материалы. Руководители проектов, выступившие после презентации, отметили, что участие в исследовании помогает посмотреть на собственную работу под новым углом, получить основания для развития будущих проектов и принимать решения, опираясь не только на интуицию, но и на данные.

Представленные кейсы показали, что оценка творческих проектов может быть инструментом развития культурных инициатив. Исследование помогает понять, какие изменения действительно сохраняются со временем, какие механизмы оказываются наиболее значимыми для участников и зрителей, а также какие практики обладают потенциалом для масштабирования в других регионах страны.

В Ростове-на-Дону прошла панельная дискуссия о социокультурных и ценностных эффектах творческих проектов

Редакция

8 июня в Ростове-на-Дону в рамках экспертно-практической сессии «Ростов: Формула влияния. Социокультурные и ценностные эффекты творческих проектов» состоялась панельная дискуссия о том, как увидеть и оценить результаты культурных инициатив.

В разговоре приняли участие: Анна Дмитриева, министр культуры Ростовской области; Игорь Соболев, первый заместитель генерального директора Президентского фонда культурных инициатив; Татьяна Киенко, доцент кафедры социальных технологий Института философии и социально-политических наук ЮФУ; Майя Колгина, заведующая отделом культурных инициатив Ставропольской краевой универсальной научной библиотеки им. М.Ю. Лермонтова. Модератором выступила Наталья Сергиевская, генеральный директор Фонда исследовательских, культурных и просветительских проектов «Будущее время».

Открывая панель, Наталья Сергиевская предложила участникам обсудить, кому, зачем и какая оценка нужна творческим проектам. Она подчеркнула, что оценка в этом разговоре понимается не как школьная отметка, а как исследование: попытка понять, что получилось в результате проекта, почему это произошло, совпали ли достигнутые результаты с целями команды и как они связаны с региональной, городской или общественной повесткой.

Вопрос Анне Дмитриевой: как в Ростовской области выстроена работа по реализации государственной культурной политики?

Наталья Сергиевская обратила внимание, что для Ростовской области важны темы единства народа, семьи, культурного многообразия и традиций Донского края. Вопрос был адресован тому, как сегодня выстроено взаимодействие правительства региона и министерства культуры в части реализации государственной культурной политики.

Анна Дмитриева отметила, что вопросы традиционных духовно-нравственных и культурных ценностей являются для отрасли культуры не временной темой одного года, а устойчивым основанием работы. Министерство культуры Ростовской области, по её словам, выступает главным координатором реализации соответствующей повестки на территории субъекта, при этом в работу вовлечены разные исполнительные органы — от молодёжной политики и спорта до социальной сферы и экономического развития.

Министр рассказала, что с начала года в регионе было сформировано более 200 событий и мероприятий. Они проходят на площадках областных и муниципальных учреждений культуры: в библиотеках, музеях, школах искусств, театрах, концертных организациях, домах культуры. Среди важных направлений она выделила работу с нематериальным этнокультурным достоянием, сохранение песенных традиций, обычаев, исторической памяти и культурного кода территорий.

Отдельно Анна Дмитриева подчеркнула, что культурные события в регионе ориентированы на разные поколения: детей, молодёжь, семьи, представителей старшего возраста. В этой логике культура становится пространством, где люди не только посещают мероприятия, но и включаются в общий разговор о памяти, традициях, семейных ценностях и единстве.

Вопрос Анне Дмитриевой: есть ли в регионе подходы к мониторингу результативности культурных проектов?

Следующий вопрос Натальи Сергиевской был связан с тем, как при большом разнообразии форматов, аудиторий и культурных традиций регион смотрит на результаты проектов и есть ли у министерства подходы к их мониторингу.

Анна Дмитриева рассказала, что в Ростовской области создан проектный офис, совет экспертов и экспертное сообщество. В него входят представители учреждений культуры, системы образования, некоммерческих и общественных организаций. Эта структура помогает проводить мониторинг и анализ уже реализованных проектов на территории региона.

По словам министра, при рассмотрении проектов учитываются разные параметры: опыт творческой команды, уже реализованные инициативы, охват, аудитория, содержание проекта, его связь с патриотическим воспитанием, духовно-нравственными ценностями, культурным многообразием. Она напомнила, что в Ростовской области проживают представители более 150 национальностей, и это также делает тему культурного согласия и поддержки национально-культурных автономий важной частью региональной политики.

Анна Дмитриева отдельно отметила роль Президентского фонда культурных инициатив. По её словам, именно подход фонда к культурным проектам и работе с экспертным сообществом помогает региону развивать более внимательное отношение к анализу и оценке реализованных инициатив.

Вопрос Игорю Соболеву: как ПФКИ работает с социокультурным и ценностным влиянием проектов?

Наталья Сергиевская предложила Игорю Соболеву продолжить разговор на федеральном уровне: как задачи, связанные с социокультурным и ценностным влиянием, переходят в механизмы работы Президентского фонда культурных инициатив.

Игорь Соболев пояснил, что фонд сам не выбирает проекты для поддержки: отбор проходит через систему независимой экспертизы. В этой системе есть координационный комитет, экспертный совет и эксперты, которые оценивают заявки на входе. Роль фонда — подготовить формат конкурса, тематические направления и форму заявки, а ключевые решения согласуются с координационным комитетом.

Он подчеркнул, что с самого начала работы фонда одним из критериев оценки заявок была творческая концепция проекта. У творческого проекта, по его словам, должна быть содержательная «сердцевина»: основные идеи, формы работы и творческие приёмы. Эта концепция должна соответствовать тематическим направлениям конкурсов.

Сегодня таких направлений 12. Игорь Соболев отметил, что самым крупным по числу заявок является направление «Культурный код»: его выбирают более 40% заявителей. Второе по популярности направление — «Место силы», связанное с локальной идентичностью, местной историей, гордостью сообществ и культурными основаниями территорий.

Отдельно он рассказал о новом элементе заявки: начиная со второго конкурса 2025 года заявители могут выбирать не только тематическое направление, но и конкретные традиционные духовно-нравственные ценности. По словам Игоря Соболева, некоторые команды выбирают много ценностей, но эксперты всё чаще рекомендуют сосредотачиваться на одной-двух, чтобы точнее выстраивать творческую деятельность и ценностное содержание проекта.

Вопрос Игорю Соболеву: как фонд оценивает завершённые проекты и мнение аудитории?

Продолжая тему механизмов оценки, Наталья Сергиевская спросила, как ПФКИ будет оценивать результаты проектов и считывание ценностей аудиторией.

Игорь Соболев рассказал, что Ростовская область уже участвовала в пилотном этапе оценки завершённых проектов. Во второй половине года фонд планирует приступить к оценке ещё 5000 проектов, профинансированных в 2021–2024 годах и завершённых к настоящему моменту. Оценка будет проводиться с участием экспертов и региональных рабочих групп. Их задача — понять, удалось ли авторам проекта донести до целевых групп смыслы и ценности, которые были заложены в заявку.

Кроме того, фонд начинает новый этап работы вместе с Всероссийским центром изучения общественного мнения. Эта часть оценки будет связана с прямым обращением к зрителям, слушателям и посетителям. Их будут спрашивать, какие смыслы и ценности они считали в творческом продукте.

На первом этапе такая работа коснётся самых крупных проектов с грантами свыше 20 млн рублей и только отдельных видов творческого результата: фильмов, театральных постановок и выставок. По словам Игоря Соболева, важно понять, совпадают ли ценности, заложенные авторами, с тем, что воспринимает публика. Если аудитория считывает другие ценности, это не обязательно означает, что проект не достиг цели. Скорее это повод для авторов тоньше настраивать творческую конструкцию проекта или точнее выбирать ценностный ряд в будущем.

Вопрос Игорю Соболеву: зачем оценка нужна самим проектным командам?

Наталья Сергиевская подчеркнула, что фонду и экспертам оценка нужна для понимания результативности, но задала вопрос о самих творческих командах: как они могут использовать результаты оценки и зачем им разбираться в этой теме?

Игорь Соболев ответил, что здесь важно учитывать, кто, когда и с какой целью участвует в оценке. Оценка может проводиться экспертами, социологами во взаимодействии с публикой или самой командой проекта.

По его словам, многие команды хотят совершенствовать будущие проекты, делать их более успешными как с точки зрения привлечения грантов, так и с точки зрения других источников финансирования. Поэтому оценочные вопросы, показатели и инструменты лучше продумывать заранее — ещё на стадии подготовки заявки или проектирования инициативы.

Он отметил, что оценка должна сопровождать проект в процессе реализации. Особенно это важно, когда речь идёт о работе с аудиторией: публику можно спрашивать именно в момент её встречи с творческим результатом. Игорь Соболев также подчеркнул, что команды могут привлекать экспертов и социологов как консультантов, а в некоторых случаях такая работа может финансироваться за счёт грантовых средств. Прямое общение с профессиональными социологами, по его словам, даёт командам серьёзную обратную связь и помогает развивать проекты.

Вопрос Майе Колгиной: какие ценностные и проектные приоритеты важны для работы библиотеки?

После разговора о федеральной рамке Наталья Сергиевская обратилась к практике учреждений культуры. Она спросила Майю Колгину, какие приоритеты — ценностные или проектные — важны для команды Ставропольской краевой универсальной научной библиотеки им. М.Ю. Лермонтова и что отражается в её повседневной деятельности.

Майя Колгина рассказала о проекте, который библиотека реализовала совместно с центральным парком города. Проект был связан с Воронцовской рощей и завершился за полгода до дискуссии. По её словам, ценностная оценка проекта — серьёзная и сложная задача, потому что в заявках ценностные ориентиры часто прописаны в общей части, а отчётность грантодателей обычно требует прежде всего физических показателей: количества участников, публикаций, экскурсий, мероприятий.

Команда библиотеки понимала, что проект повлиял на отношение горожан к месту, но в момент отчёта было трудно описать эти изменения. Часть эффектов стала видна позже. СМИ продолжили обращаться к библиотеке с просьбой рассказать о проекте. Писатель Иван Любенко включил сюжет, связанный с Воронцовской рощей, в новый роман. А на территории парка появилось кафе с названием «Воронцовская роща», оформленное в историческом стиле; при этом пространство было обозначено как свободное от алкоголя.

Для команды библиотеки эти события стали признаком того, что проект повлиял не только на посещаемость или интерес к отдельному мероприятию, но и на культурное отношение к месту. Майя Колгина также рассказала, что после завершения гранта библиотека продолжила развивать тему исторических маршрутов и ретроточек, расширяя её за пределы одного парка.

Вопрос Татьяне Киенко: что в культуре поддаётся оценке, а что ускользает?

Наталья Сергиевская обратилась к Татьяне Киенко как к исследователю и как к эксперту, участвовавшему в оценке культурного проекта в рамках «Ярких красок креативных индустрий». Вопрос касался границ оценки в культуре: что можно увидеть и исследовать, а где возникает риск сказать, что это оценить невозможно.

Татьяна Киенко начала с того, что Президентский фонд культурных инициатив за пять лет не только выстроил систему поддержки проектов, но и фактически инициировал формирование направления, связанного с оценкой ценностного влияния. Затем она перешла к опыту работы с документальным спектаклем «Ледниковый период: версия Самойловича».

Главную сложность она обозначила как риск механического измерения живых смыслов. Если для одного проекта придумана хорошая «линейка» оценки, возникает соблазн применить её ко всем остальным проектам. Но в культуре это может привести к потере смыслов, потому что каждый проект работает со своими формами, художественными решениями и опытом зрителя.

Татьяна Киенко подчеркнула, что ценности формируются годами и не всегда меняются сразу после события. Иногда оценить можно не изменение ценностей напрямую, а эмоциональные впечатления, новые знания, намерения, возможные поведенческие сдвиги. При этом всегда остаётся вопрос: как отделить влияние конкретного проекта от множества других культурных и жизненных переживаний человека.

Она также говорила о необходимости баланса между разными взглядами: автора проекта, зрителя, эксперта и исследователя. По её мнению, оценка культуры требует соучастия: исследователь предлагает профессиональное видение, но работает вместе с командой, не затирая авторские смыслы и не подменяя их собственным восприятием.

Что показала дискуссия

Панельная дискуссия в Ростове-на-Дону показала, что оценка творческих проектов становится важной частью развития культурной сферы. На уровне региона она помогает увидеть, какие проекты отвечают запросам жителей и работают с ценностями территории. На уровне грантовой поддержки — понять, как творческая концепция связана с тематическими направлениями и традиционными духовно-нравственными ценностями. На уровне проектных команд — получить обратную связь, осмыслить результаты и точнее проектировать будущие инициативы.

Главный вывод дискуссии: ценностные и социокультурные эффекты творческих проектов не всегда проявляются сразу и не всегда укладываются в стандартные показатели. Но это не делает их невидимыми. Их можно и нужно исследовать — через вопросы к аудитории, экспертный анализ, наблюдение за отложенными изменениями, внимание к поведению людей и к тому, как культурные проекты продолжают жить после завершения гранта.

Видео.

Завершился проект «Построение системы МиО программы “Новый вектор развития Надежды”»

Редакция

С 18 ноября 2025 года по 31 марта 2026 года АНО «Эволюция и Филантропия» реализовала проект по методическому сопровождению построения системы мониторинга и оценки программы «Новый вектор развития Надежды» организации РГООИ «Надежда», Ростовская область. Участниками проекта стали сотрудники и руководители программы, заинтересованные в развитии практических компетенций в области МиО и в более системной работе с данными о результатах своей деятельности.

В ходе проекта была проведена диагностика текущего состояния процессов мониторинга и оценки: проанализированы уже собираемые данные, существующие практики и зоны развития. По итогам диагностики были подготовлены рекомендации по повышению зрелости системы МиО и оптимизации рабочих процессов.

Важной частью проекта стала серия из девяти методических вебинаров. Участники последовательно работали с ключевыми понятиями оценки социальных программ, формулировали мониторинговые и оценочные вопросы, разрабатывали теорию изменений, анализировали заинтересованные стороны, проектировали цепочку социальных результатов, согласовывали логическую модель и рамку показателей, обсуждали подходы к сбору данных и доработке инструментов.

Практическим результатом этой работы стала разработка дерева результатов и логической модели с показателями для выбранной программы «Добрая среда». Также был составлен план оценки и подготовлены инструменты сбора данных: анкеты, чек-листы и формы обратной связи.

На следующем этапе команда организации самостоятельно проводила сбор данных от родителей при консультационном сопровождении экспертов АНО «Эволюция и Филантропия».

Для анализа данных была подготовлена структура базы данных о социальных результатах и разработан алгоритм анализа данных. 

После завершения сбора были проанализированы полученные данные, проведено обсуждение результатов с  командой, подготовлены итоговые материалы.

Отдельным результатом проекта стала подготовка документов, регламентирующих процессы мониторинга и оценки: положения, базы данных и технических инструкций. Эти материалы создают основу для дальнейшего регулярного использования МиО в управлении программой и развитии практик оценки результатов.

В начале и в конце проекта было проведено тестирование специалистов, а также собрана обратная связь, что позволило зафиксировать изменения в знаниях, установках и практических навыках в области мониторинга и оценки. По итогам сравнения входных и итоговых данных у участников усилилось понимание практической пользы оценки, выросла уверенность в формулировании оценочных вопросов, выборе методов сбора информации, разработке плана оценки и подготовке рекомендаций. При этом специалисты отмечали, что наиболее сложными по-прежнему остаются операционные задачи, связанные со сбором данных и практическим применением инструментов, а также требуется больше времени для закрепления новых подходов в повседневной работе. В обратной связи участники также подчеркнули, что проект помог структурировать работу, лучше понять логику программы, освоить новые инструменты и усилить командное взаимодействие.

«Как команда мы сплотились за время проекта, появилась возможность вместе встречаться, совместно планировать  …. При этом у команды остается сопротивление, так  как предлагается новая деятельность , новая нагрузка и пока что сложно – отметила Анастасия Крутова, специалист Программы «Добрая среда».

«Как консультанты мы довольны сделанными продуктами, к тому же нам удалось поэкспериментировать и предложить IT-новацию в области визуализации подтвержденных социальных результатов. Это по сути web-страница с Теорией изменений, которая может быть как для рабочего использования, так и как публичная. Я не знаю, будет ли команда ее в итоге дорабатывать, но мы включаем этот продукт в свою консалтинговую линейку».

27 мая АНО «Эволюция и Филантропия» провела сессию «Измеряем вместе: общий банк данных для оценки эффективности и устойчивости кризисных центров»

Редакция

27 мая АНО «Эволюция и Филантропия» провела сессию «Измеряем вместе: общий банк данных для оценки эффективности и устойчивости кризисных центров» на VIII Всероссийской конференции «Сохраним семью для ребенка! Приюты для матерей с детьми: новый этап профилактики социального сиротства в России». Модератором сессии выступила Эльвира Гарифулина, со-модераторами — Ольга Евдокимова, Татьяна Арчакова и Алла Осипова; в обсуждении приняли участие около 20 человек.

Целью встречи было понять, может ли совместная оценка помочь кризисным центрам лучше видеть результаты своей работы, соотносить их с опытом коллег и точнее развивать практики помощи. Среди задач сессии были актуализация общей картины оценки в секторе, обсуждение смысла и возможных форм совместной оценки, проверка ее практической ценности для организаций и сектора в целом, а также фиксация идей для следующих шагов.

Работа была выстроена в несколько этапов. Сначала участники собрали картину того, какие данные, инструменты и практики оценки уже используются в кризисных центрах, где есть сильные стороны, а где сохраняются дефициты и ограничения; затем обсудили, какие элементы общей методической базы могли бы быть полезны разным организациям, и перешли к проработке возможных совместных инициатив.

В групповой работе участники сначала собрали карту данных, с которыми уже сегодня работают кризисные центры. Она разложилась на три больших блока: данные на входе (персональная информация, история насилия, исходная ситуация, социальное окружение, сроки и формат пребывания), данные в процессе (учёт активностей и участия, промежуточные изменения, оценочные данные специалистов, результаты межведомственных контактов) и данные на выходе и после выхода (куда и в каких условиях уходит клиентка, повторные обращения, устойчивость изменений, обратная связь после выхода).

Отдельный пласт обсуждения был посвящён тому, как эти данные собираются и используются. В числе инструментов — входные анкеты и формы оценки, интервью и наблюдение, журналы и документы, CRM‑системы и специализированные учётные системы мессенджеры и социальные сети, а также ответы партнёров по межведомственному взаимодействию (в том числе через Катарсис). Эти данные служат и для ведения индивидуального плана развития и текущей работы с клиентками,  и для статистики, отчётности перед партнёрами, анализа практики, стратегических решений и частично для косвенной оценки доверия к центрам.

В блоке «сильные стороны» многие группы отметили вовлечённость и подготовку специалистов, командную работу, наличие работающих алгоритмов сбора и использования данных, а также системный и комплексный подход к оценке. Участники подчёркивали, что опора на данные позволяет говорить о результатах в более «доказательном» ключе и разрабатывать профилактические решения, а не только реагировать на кризис. Вместе с тем в разделе «дыры и ограничения» зазвучали общие мотивы: высокая нагрузка на команды при вводе данных, неравенство по цифровой инфраструктуре (не у всех есть CRM), сложности со структурированием текстовых заключений, недоучёт отложенных эффектов и отсутствие отработанных подходов к учёту стоимости социального результата.

Отдельным результатом стала проработка нескольких направлений для возможной совместной работы сектора. В фокусе оказались три инициативы: оценка стоимости социальных результатов, оценка долгосрочного социального эффекта работы центров и развитие межведомственного взаимодействия с созданием общей базы данных для более точного и согласованного сопровождения семей.

Оценка стоимости социальных результатов

В этой группе обсуждалась инициатива по оценке стоимости социальных результатов. Ее задача — определить, каких социальных результатов удается достигать в работе с детьми и семьями, какие ресурсы для этого требуются и как связать результаты с затратами, планированием и развитием центров.

Оценка долгосрочного социального эффекта

Эта инициатива была посвящена оценке долгосрочного социального эффекта работы центров. Участники обсуждали, как отслеживать устойчивые изменения в жизни благополучателей через 1, 3 и 5 лет, какие данные для этого нужны и как выстроить общий подход к такой оценке.

Межведомственная работа и общая база данных

Третья группа работала над инициативой по развитию межведомственного взаимодействия и созданию общей базы данных. Речь шла о том, как наладить обмен значимой информацией между участниками системы помощи, повысить доступ к ресурсам и сделать сопровождение семей более точным, быстрым и согласованным.

Сессия показала, что у участников есть интерес к совместной оценке как к инструменту не только отчетности, но и профессионального развития, обмена практиками и выработки общего языка результатов. Полученные материалы могут стать основой для дальнейшего обсуждения, создания рабочей группы, пилотных решений и следующего шага в развитии общей методической базы сектора.

8 июня в Ростове-на-Дону пройдет экспертно-практическая сессия о социокультурных и ценностных эффектах творческих проектов

Редакция

8 июня в Ростове-на-Дону состоится экспертно-практическая сессия «Ростов: Формула влияния. Социокультурные и ценностные эффекты творческих проектов». Мероприятие будет посвящено развитию современной региональной системы оценки культурных и творческих инициатив, а также формированию профессионального сообщества специалистов, работающих с темой социокультурного влияния.

Регистрация по ссылке.

Программа и другие материалы проекта доступны здесь.

Сессия проводится при поддержке Министерства культуры Ростовской области, методическом содействии команды проекта «Яркие краски креативных индустрий: палитра влияния» и участии представителей органов власти, университетов, культурных организаций и независимых экспертов региона.

В программе — панельная дискуссия «Кому, для чего и какая нужна оценка творческих проектов?», презентация проекта «Яркие краски креативных индустрий», разбор федеральных и региональных кейсов, тренинг по логическим моделям для оценки и планирования социокультурных и ценностных эффектов, а также творческая лаборатория «Как представить результаты проекта».

Среди спикеров — Ольга Евдокимова, исполнительный директор АНО «Эволюция и Филантропия»; Татьяна Киенко, доцент кафедры социальных технологий Института философии и социально-политических наук ЮФУ; Сергей Пархоменко, генеральный директор пиар-агентства «Идеи и решения»; Александр Боровых, АНО «Эволюция и Филантропия»; Наталья Сергиевская, генеральный директор Фонда исследовательских, культурных и просветительских проектов «Будущее время».

Участники обсудят, как оценка помогает творческим проектам лучше понимать свои результаты, видеть изменения в аудитории и сообществах, работать с логикой проекта и убедительно представлять достигнутые эффекты. Практическая часть сессии будет направлена на освоение инструментов планирования, анализа и презентации результатов культурных инициатив.

К участию приглашены сотрудники и руководители учреждений культуры, представители креативных индустрий и независимых культурных проектов, продюсеры, кураторы, проектные менеджеры, преподаватели и исследователи вузов, представители грантодающих организаций и независимые эксперты в области оценки.

Кейс «Молодёжное бюро “5 этаж”»: как оценка помогает развивать социокультурное пространство

Редакция

На экспертном событии проектов «Мастерская региональных культурных инициатив» и «Яркие краски креативных индустрий: палитра влияния» был представлен кейс «Молодёжное бюро “5 этаж”». Его представила Мария Певная, рассказавшая о результатах исследовательского эксперимента по оценке проекта, связанного с созданием молодёжного социокультурного пространства в Екатеринбурге.

Проект направлен на открытие культурно-образовательного пространства для молодёжного сообщества в районе города, где наблюдается дефицит мест для культурного досуга и творческой самореализации. Пространство создаётся на территории бывшего хлебозавода — в промышленной локации, которая постепенно становится частью креативного кластера.

Оценка охватывала один из ранних этапов реализации проекта — период с 1 сентября по 1 марта. За это время было создано само пространство, запущена выставка и проведена серия мероприятий для местных жителей и творческой молодёжи. Центральный запрос организации был связан с устойчивостью проекта: как выстроить развитие пространства так, чтобы оно стало значимым для района и продолжало привлекать молодёжь к творческой и созидательной деятельности.

В ходе оценки были сформулированы два ключевых оценочных вопроса. Первый касался развития локальной идентичности и роли нового пространства как центра её формирования и удержания. Второй — вовлечения творческой молодёжи в мероприятия и проекты, связанные с созидательным трудом, креативными индустриями и производством социокультурного продукта.

Мария Певная подчеркнула, что в этом кейсе социокультурное влияние оказалось шире ценностного, а ценностное влияние было интегрировано в методику через две ключевые ценности: локальный патриотизм и созидательный труд. Локальный патриотизм рассматривался через смыслы и образы района, которые складываются у жителей и участников проекта. Созидательный труд — через технологичность процесса, креативность результата и удовлетворённость молодёжи собственной самореализацией.

В оценке использовались количественные и качественные методы: взаимодействие с целевыми аудиториями, включённое наблюдение, анализ документов и цифровых медиа. Отдельное внимание было уделено творческим и партисипаторным решениям, которые позволили собрать представления участников о районе, его ценности и месте нового пространства в формировании локальной идентичности.

Важной особенностью кейса стала постоянная работа оценщиков с командой проекта. Методика, инструменты, ход сбора данных и первые наблюдения обсуждались вместе с организаторами. Такой формат позволял не просто фиксировать результаты, а по ходу реализации уточнять механику мероприятий и усиливать их потенциальный социокультурный эффект.

По итогам оценки организация получила данные для дальнейшего проектирования, методические решения для замера эффектов у разных целевых аудиторий, рекомендации по работе с творческой молодёжью и перспективные форматы развития пространства. Одним из результатов стала концепция «песочницы креативных предпринимательских инициатив» — поэтапной модели вовлечения молодёжи в творческую деятельность и развития креативного класса.

Представление кейса в рамках Ревю методик 20 апреля 2026 (презентация).

Ранее кейс был представлен на сессии в Екатеринбурге.

Кейс вошел в публикацию на сайте Журнала о благотворительности.

Кейс «Бажов»: как оценивать ценностное влияние

Редакция

20 апреля 2026 года на экспертном событии проектов «Мастерская региональных культурных инициатив» и «Яркие краски креативных индустрий: палитра влияния» Сергей Прахоменко представил кейс оценки фильма о Павле Петровиче Бажове (презентация). Разбор был посвящён тому, как культурный проект может транслировать ценности и как оценка помогает понять, распознаны ли эти ценности аудиторией.

В центре кейса оказался фильм, обращённый к образу Бажова как писателя, сказителя уральской земли и человека, чья жизнь и творчество были тесно связаны с семьёй. Сергей Прахоменко отметил, что в массовом восприятии эта сторона биографии Бажова почти не проявлена: по данным анализа поисковых запросов, интерес к теме семьи занимает менее одного процента от общего числа запросов о писателе. Поэтому для создателей фильма было принципиально важно показать Бажова через ценность крепкой семьи и роль близких людей в его судьбе и творчестве.

Оценка показала, что эта ценностная линия была считываема зрителями. До просмотра фильма участники опроса практически не связывали образ Бажова с темой семьи. После просмотра более 16% зрителей в ответах на открытый вопрос без подсказки говорили о семье, роли жены, дочери или о Бажове как семьянине. Для оценки это стало важным свидетельством: фильм смог донести заложенную ценность до той аудитории, которая его увидела.

Отдельное внимание в презентации было уделено методам оценки. Помимо опросов зрителей, команда анализировала интервью создателей фильма — продюсера Сергея Полаганова и режиссёра Андрея Кима, чтобы понять, насколько ценность семьи была для них органичной, а не внешне добавленной к проекту. Анализ показал, что семейные ценности занимают заметное место в их профессиональной и личной оптике, что помогло встроить эту тему в художественное решение фильма.

Ещё один методический акцент кейса — использование айтрекинга. В лабораторных условиях исследователи анализировали, как зрители смотрят отдельные ценностно значимые фрагменты фильма: где фокусируется взгляд, насколько человек сосредоточен на сцене, возникает ли расфокусировка внимания. При этом Сергей Прахоменко подчеркнул, что физиологические данные сами по себе не дают готовой интерпретации. Поэтому после просмотра с участниками проводились глубинные интервью: важно было понять, что именно вызвало внимание, эмоциональную реакцию или размышление зрителя.

Такое сочетание методов позволило не ограничиться анкетированием и усилить достоверность выводов. В лабораторной части исследования все участники распознали семейные ценности как одну из ключевых линий выбранных фрагментов фильма. Это подтвердило, что режиссёрское и сценарное решение работает на уровне восприятия зрителя.

При этом кейс показал и ограничение проекта: фильм не имел широкого проката, поэтому его влияние нельзя переносить на широкую аудиторию или «всю страну». Оценочный вывод должен быть соотнесён с реальным охватом: проект влияет прежде всего на тех, кто действительно посмотрел фильм и оказался в поле его коммуникации. В этом смысле кейс «Бажов» стал примером аккуратного разговора о влиянии — с признанием достигнутого результата и ясным обозначением границ, в которых этот результат можно интерпретировать.